Работа над Большой Евразией

«Без России евразийские интеграционные процессы не будут успешными» - отметил Антонио Фаллико
Работа над Большой Евразией
14/09/2016 Распечатать

Президент итальянской Ассоциации «Познаем Евразию» Антонио Фаллико выступил на сессии «Развитие экономического сотрудничества от Лиссабона до Владивостока» в рамках Восточного экономического форума и рассказал участникам, как и почему, по его мнению, нужно работать для создания Большой Евразии. Евразийский Коммуникационный Центр (ЕКЦ) опубликовал полный текст выступления г-н Фаллико:

Экономическое сотрудничество на этой территории [Большой Евразии — ред.] состоит из двух элементов. Во-первых, это конкретные проекты. Во-вторых, это общие условия, которые позволяют реализовать эти проекты.

На протяжении последнего года стали говорить о сопряжении ЕАЭС и Экономического пояса Шёлкового пути (ЭПШП) как об основном векторе взаимодействия двух крупнейших интеграционных проектов в Евразии. Мне, итальянцу, даже трудно выговорить это сочетание слов. Думаю, что русскому тоже.

Ещё труднее осознать его смысл и превратить в реальные бизнес-проекты. Скажу больше — трудно превратить в идею, увлекающую умы и сердца! А ведь экономическая интеграция в Большой Евразии — очень важная задача. Работа на этом направлении создаст облик будущего мира, может оказать решающее влияние на регион, в котором проживают 4 миллиарда человек.

Поэтому для начала я бы предложил заменить мёртвые, бюрократические формулировки словами, понятными миллионам. Это очень важный первый шаг. Его надо сделать ещё до наполнения намеченных программ конкретным содержанием. Как вы судно назовёте, так оно и поплывёт.

Нет ничего принципиально нового в системе торгово-экономических связей между народами, населявшими земли между западным побережьем Тихого океана и восточным побережьем Атлантического. Археологи находят изделия из глубин Азии в затонувших античных судах где-нибудь в Средиземном море. В Персидской империи существовали надёжные пути, соединявшие Средиземноморье с Центральной Азией. Александр Македонский дошёл до Ферганской долины и до Инда, из дельты которой его корабли приплыли обратно. А во втором веке до нашей эры на противоположном конце Евразии началось движение на Запад. За военными, или даже впереди их всегда шли купцы.

Шёлк стал символом этих транснациональных связей античности. Мои очень далёкие предки — римляне — познакомились с шёлком во время битвы при Каррах, в пятьдесят третьем году до нашей эры, когда были разбиты парфянами. У парфян были знамёна из этой незнакомой ткани. Другие говорят, что с шёлком впервые столкнулся Юлий Цезарь. Тогда эту ткань римляне следом за Вергилием называли «лесной шерстью» и не знали, откуда она берётся и что за народ её производит.

Со временем эти торговые маршруты сложились в систему, названную намного позже «Великий шёлковый путь». В таком виде этот путь зародился при китайской династии Хань, в сто четырнадцатом году нашей эры, и существовал до пятнадцатого века, достигая восьми тысяч километров в длину. По нему прошёл и мой знаменитый соотечественник Марко Поло, подробно описал всё, что увидел. Правда, он не мог знать, что эта караванная дорога будет называться Шёлковым путём. Ведь термин (Seidenstrassen) ввёл только в тысяча восемьсот семьдесят седьмом году немецкий учёный Фердинанд фон Рихтгофен.

Торговые караваны доставляли не только шёлк с Востока на Запад, но и множество других товаров, причём, в оба направления. При этом двигаться они могли не обязательно из одного конца в другой конец и обратно, но и на отдельных участках этого пути. Нельзя считать эту систему организации торговли исключительно китайской — она евроазиатская. Важно и то, что вместе с товарами путешествовали знания — математика, астрономия, философия, религия. Удивительное путешествие совершил древнегреческий Борей — бог северного ветра. Он постепенно перебрался с караванами через Центральную Азию и Китай до Японии, где прижился в синтоистской религии под именем Фудзин.

О чём говорят сегодня эти детали? Мы имеем дело с системой торгово-экономической интеграции огромного географического пространства Большой Евразии. Система выходит далеко за рамки намерений отдельных стран, складывается объективно и вызвана реальными потребностями, востребована обществом и экономикой. В нашу эпоху цифровых технологий она отличается от той, которая существовала в прошлом тысячелетии.

Сейчас в регионе есть несколько крупных интеграционных проектов. Ведутся поиски точек соприкосновения между двумя из них — Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шёлкового пути. Процесс будет сложным, участников многое объединяет, но многие их интересы не совпадают. Придётся находить компромиссы, сглаживать противоречия.

К экономическому сотрудничеству желательно подключение и Евросоюза. Однако пока его руководители политически не созрели до понимания этой необходимости. Они ещё не готовы к диалогу на равных с восточными соседями, но зато вели переговоры с США о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнёрстве (ТТИП). Евросоюз оказывается младшим партнёром и попадает в подчинённое положение к США. Идея ТТИП предполагает проведение разграничительных линий в экономике, отсечение большей части Евразии, которая окажется дискриминированной, а не интегрированной.

Однако именно создание общего экономического пространства от Лиссабона до Владивостока и Сингапура — лучший способ предотвращения конфронтации и обеспечения гармоничного развития.

При строительстве Большой Евразии в центре должно находиться стремление к обеспечению баланса интересов, а не попытка обеспечить свои интересы за счёт интересов других участников. Например, если Италия включается в евразийские интеграционные процессы, то ей не следует отказываться от трансатлантических связей. А её участие в трансатлантической интеграции не должно предусматривать строительство к востоку от ЕС нового занавеса или стремление заставить эту территорию играть по чужим правилам. Однако пока для такого подхода со стороны Евросоюза нет политической воли.

Надо отметить и ещё один очень важный момент: географию. Про неё слишком часто забывают, в том числе, политики. Сейчас даже в школе, как мне кажется, не учат этот важнейший предмет. Помните Фонвизина: «Зачем география, когда извозчики есть?» Правда, сейчас не извозчики, а автомобильные навигаторы, но сути это не меняет. Так вот, если всё же внимательно посмотреть на карту, то становится понятно, что в центре евразийского интеграционного плана находится Россия.

Без России интеграционные процессы в экономике не будут успешными. Вот простой пример. Китайская программа Экономического пояса Шёлкового пути предполагает создание нескольких транспортных коридоров по доставке грузов в Европу — сухопутных, морских и даже смешанных. Скорость доставки по ним разная, разная и себестоимость транспортировки. Однако только путь через Россию обеспечивает безопасность, с точки зрения военных и геополитических угроз. Другие маршруты на определенном отрезке пролегают через зоны войн, конфликтов, нестабильности и других рисков.

Теперь под очевидное преимущество России надо подогнать экономику и технологию. В условиях полной безопасности доставить по железной дороге контейнер из Китая в Италию за 10-11 дней должно стать выгодно по цене.

Центральная роль России в интеграционных процессах распространяется и на ЕАЭС, который создают несколько постсоветских государств. Принципиально важно, что этот рынок со ста восьмидесятью миллионами потребителей, строится на принципах ВТО, то есть на универсальных, недискриминационных принципах. Поэтому ЕАЭС, который находится на начальном этапе создания, призван быть в центре более широких объединений с участием Китая, Евросоюза, АСЕАН и других крупных игроков. Это диктует, прежде всего, геополитическое и географическое положение России.

Для успеха экономической интеграции Большой Евразии необходима прозрачность, предсказуемость и отсутствие дискриминации. Формирование на евразийском пространстве понятной среды, в том числе, для работы банков, для инвестиционной деятельности должно считаться одной из важных задач в рамках интеграционных процессов.

Мне бы хотелось видеть Большую Евразию как территорию, где свободно и в условиях безопасности перемещаются люди, деньги, товары и услуги, в том числе, банковские. Перемещаются свободно, как ветер. И не важно, как называют бога этого ветра — Борей или Фудзин.

Print this entry

view more articles

About Article Author

Anastasia
Anastasia

View More Articles